Россия растлила США: клептократия в русском стиле проникла в Америку

15 февраля 2019 г. 15:05:10

Когда СССР рухнул, США сделали ставку на глобальное распространение демократических капиталистических ценностей - и проиграли, будучи развращены выводимыми из России деньгами. В течение двух лет, в начале 1990-х годов, Ричард Палмер служил руководителем отдела ЦРУ в московском посольстве США. Разворачивающиеся вокруг него события - распад Советского Союза и создание России - были настолько хаотичными, настолько травматичными и волнующими, что ускользали от анализа. Но Палмеру удалось достичь ясного понимания происходящего в то время.

Большая часть мира хотела кричать от радости из-за появившейся возможности наконец приобщиться к свободному рынку и либеральной демократии. Но доклад Палмера о событиях в России стал настоящим холодным душем. Осенью 1999 года он дал показания в Конгрессе, чтобы лишить его членов неоправданного оптимизма и предупредить о том, что вскоре должно было неизбежно произойти.

Во время Холодной войны КГБ обрел экспертное понимание банковских западных путей, и его шпионы стали искусно раздавать наличные деньги агентам за рубежом. Это способствовало накоплению новых состояний. В последние дни СССР Палмер наблюдал, как его старые противники из советской разведки переводили миллиарды из государственной казны на личные счета в Европе и США. Это была одна из крупнейших афер в истории.

Официальный Вашингтон утешал себя тем, что это была лишь вспышка клептомании отдельных лиц, что приводило Палмера в ярость. Он хотел встряхнуть Конгресс, чтобы тот признал: воры - это та самая элита, которая и управляет системой. "Чтобы осознать, что такое Россия сегодня, представьте, что в США коррумпированы большинство членов Конгресса, министерства юстиции и финансов, агенты ФБР, ЦРУ, военная разведка (DIA), Налоговое управление, Служба маршалов, Пограничная служба, вся полиция, ФРС, судьи Верховного суда...", - заявил он в своем выступлении.

Палмер дал понять, что США позволили себе стать соучастником этого грабежа. Его оценка была беспощадной. Запад мог отказаться от этих ворованных денег, он мог остановить вывод денег в подставные компании и оффшоры. Вместо этого западные банки радостно открыли двери своих хранилищ для ворованных российских денег.

Гнев Палмера был направлен на то, что растущая клептократия представляет огромный риск для самого Запада. Русские были очень заинтересованы в защите перемещаемых активов, они хотели оградить это богатство от морализаторства американских политиков, которые могли бы его отобрать. За 18 лет до того, как специальный советник Роберт Мюллер начал расследование иностранного вмешательства в выборы в США, Палмер предупреждал Конгресс о российских "политических пожертвованиях американским политикам и политическим партиям для получения влияния", что российские капиталы могут заразить коррупцией и ослабить системы моральной защиты американской политики и бизнеса.

Палмер высказался в поворотный момент в истории глобальной коррупции. Америка не могла позволить обманывать себя, предполагая, что она будет служить добродетельным примером, а тем более выступать в качестве стороннего наблюдателя. Тем не менее, когда Егор Гайдар, реформистский премьер-министр России в первые посткоммунистические дни, попросил США помочь выследить выведенные КГБ миллиарды, Белый дом отказался. "Бегство капитала - это бегство капитала. Дело житейское" - так один из бывших чиновников ЦРУ подытожил американское бездействие. Но это было беспрецедентное по масштабам бегство капитала, пролог к эпохе разгула воровства. Когда экономист из Беркли Габриэль Цукман изучал эту проблему в 2015 году, он обнаружил, что 52% богатства России находится за пределами страны.

Крах коммунизма в других постсоветских государствах, наряду с поворотом Китая к капитализму, только добавил клептократических состояний, выведенных за пределы этих стран. Чиновники во всем мире всегда грабили казну своих стран, но глобализация банковского дела сделала экспорт их нечестно нажитых денег очень простым, что только вдохновило их на еще большее воровство.

По одной из оценок, более $1 триллиона ежегодно выводится из развивающихся стран мира в виде отмытых денег и для уклонения от налогов.

Как и в случае с Россией, большая часть этих наворованных богатств попадает в США. Нью-Йорк, Лос-Анджелес и Майами присоединились к Лондону в качестве самых желанных мест в мире для отмывания денег. Этот бум обогатил американскую элиту, которая сделала для этого все возможное, но взамен он ухудшил политические и социальные нравы нации.

В то время как все радостно возвещали о зарождающемся глобалистском мире, в котором будут царить лучшие ценности Америки, Палмер заметил страшный риск противоположного: что ценности клептократов станут американскими.

Инфекция распространилась на удивление быстро, что удивительно для страны, которая с момента основания сопротивлялась опасности коррупции. У США были приступы совести на пути к новому глобальному порядку, хорошо описанному британским журналистом Оливером Булло в его книге "Земля денег: почему воры и мошенники теперь правят миром и как его вернуть". В течение нескольких месяцев после показаний Палмера последовали бурные обсуждения. Статьи в газетах осенью 1999 года показали, как миллиарды российских денег попадали в банк Нью-Йорка. Эти суммы поразили администрацию Билла Клинтона, которая подготовила жесткие законопроекты по борьбе с отмыванием денег, призванные ужесточить банковское регулирование. Но время этой администрации заканчивалось, а принятие любого нового закона потребовало бы серьезного лоббирования, поэтому планы застопорились.

Предложения эпохи Клинтона так и остались бы сувениром в Национальных архивах, если бы не нападение Усамы бен Ладена на Нью-Йорк. В дни, когда рухнули башни-близнецы, администрация Джорджа Буша-младшего яростно рыскала по Вашингтону в поисках идей как протолкнуть 342-страничный закон, который позже стал Патриотическим актом.

Чувство национальной паники создало удачный момент для реализации бюрократами ранее отложенных планов. Раздел III закона "О борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма" был подписан немногим более чем через месяц после 11 сентября.

Этот раздел стал монументальным законодательным достижением. Представители крупных банков преследовали Сенат, пытаясь отменить закон, по которому если банк сталкивается с подозрительными денежными переводами из-за рубежа, он должен сообщить об этом правительству. Банк может быть привлечен к уголовной ответственности за неспособность обеспечить достаточные гарантии против отмывания денежных средств. Неудивительно, что банки яростно боролись против введения такого количества новых правил, которые не только требовали от них наращивать свои подразделения по контролю, но и ставили под угрозу огромных штрафов за проявленную слабость.

Многое из того, к чему призывал Палмер, внезапно стало законами страны. Но дальнейшие принятые послабления в Патриотическом акте лоббировали уже риэлторы. В каждом штате есть недвижимость, и лоббисты этого бизнеса умоляли освободить их от контроля Патриотического акта за сомнительными сделками с иностранным присутствием. Они почти всегда использовали образы живущих в пригородах мам из среднего класса, выставляющих перед домиками знаки "Sale". И риэлторы убедили Конгресс предоставить отрасли временное освобождение от необходимости применять закон.

Освобождение было чудесной лазейкой и стало необыкновенной возможностью роста цен на элитную недвижимость. Иностранцы по-прежнему могли анонимно и легко покупать пентхаусы или особняки, прячась за подставными компаниями, созданными в таких штатах, как Делавэр и Невада. Эти штаты, наряду с несколькими другими, превратили регистрацию подставных компаний в чрезвычайно прибыльный бизнес. Создать подставную американскую компанию любому диктатору, наркоторговцу или олигарху стало потрясающе просто. По словам Global Witness, лондонскому антикоррупционному НПО, приобретение библиотечного билета во многих штатах требовало большей идентификации, чем создание анонимной подставной компании.

Большая часть денег, которые раньше оседали в банках, теперь использовалась для покупки недвижимости. The New York Times описала это в серии разоблачений, опубликованных в 2015 году, под названием "башни секретности". Журналисты обнаружили, что кондоминиумы в ультра-люксовом центре Time Warner в Columbus Circle на Манхэттене принадлежат целому созвездию клептократов.

По всей стране почти половина домов на сумму не менее $5 млн. были куплены через подставные фирмы. Эта доля была еще больше в Лос-Анджелесе и на Манхэттене (где доля была даже выше 80%). По заявлению Министерства финансов в 2017 году, почти каждая третья покупка элитной недвижимости, связана с человеком, отмеченным у правительства как "подозрительный".

Но почему-то присутствие такого количества теневых покупателей никогда не беспокоило как индустрию недвижимости, так и политиков. В 2013 году тогдашний мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг спросил: "Разве не было здорово, если бы мы смогли заставить всех российских миллиардеров переехать сюда?"

Такой теплый прием породил странный диссонанс в американской политике. Возьмем случай алюминиевого магната Олега Дерипаски. Госдеп США, обеспокоенный связями Дерипаски с российской организованной преступностью (что тот отрицает), на протяжении многих лет запрещал ему въезд в США. Но эти опасения не помешали Дерипаске приобрести особняк стоимостью $42,5 миллиона в Верхнем Ист-Сайде Манхэттена и еще одно поместье рядом с посольством в Вашингтоне.

Со временем разрыв между благородными намерениями Патриотического акта и грязной реальностью рынка недвижимости стал слишком велик, чтобы его игнорировать. В 2016 году администрация Барака Обамы тестировала программу приведения индустрии недвижимости и банков к порядку, заставив брокеров сообщать об иностранных покупателях. Эта программа, опробованная в Майами и на Манхэттене, могла бы стать основой для действительно надежного режима отслеживания сделок. Но затем президент поменялся, и к власти пришел домовладелец. Преемник Обамы любил продавать квартиры анонимным иностранным покупателям и, возможно, стал зависимым от их денег.

В 2017 году Reuters изучило продажу недвижимости Трампа во Флориде. Выяснилось, что 77 из 2044 проверенных единиц жилья принадлежали россиянам. Но это, скорее всего, неполные цифры. Более трети единиц было продано компаниям, которые могут легко скрыть личность истинного владельца. Как отмечает Оливер Буллоу, "они могли принадлежать даже Владимиру Путину". В момент прихода Трампа "временное" освобождение от Патриотического акта для риэлторов отметило свой 15-й год. Никто никогда не объявлял об этом, эфемерное было закреплено.

Тем временем клептократия шла в наступление на другом фронте. Если иностранные плутократы оставались в основном невредимыми, сделав для себя настоящий дом в США, американские плутократы, стремящиеся скрыть свое состояние за границей, столкнулись с проблемами. В 2007 году США пережили один из приступов моральной ясности, будучи потрясенными признаниями банкира Брэдли Биркенфельда Департаменту юстиции, как он вербовал клиентов клиентов от имени UBS, швейцарского банковского бегемота.

Биркенфельд описал, как он посещал регаты яхт и художественные галереи. Там он смешивался с богатыми и заводил разговор. "Что я могу сделать для вас, так это ноль", - говорил он, а затем наносил мощный удар - "На самом деле, это три нуля: нулевой подоходный налог, нулевой налог на прирост капитала и нулевой налог на наследство". Этот подход Биркенфельда приносил успех: позже в рамках соглашения с Министерством юстиции UBS признался в сокрытии активов на общую сумму около $20 млрд.

Масштаб скрытых денег привел Конгресс в ярость. В 2010 году он принял закон "О налоговой отчётности по зарубежным счетам" (FATCA). Никогда больше иностранный банк не сможет держать американские деньги без уведомления Налогового управления США без риска быть оштрафованным.

В соответствии с одним из мощных штампов американской исключительности, нация может похвастаться превосходной финансовой гигиеной и фундаментальной культурой правительства. Действительно, правительство США уделяет отмыванию денег больше внимания, чем, возможно, любая другая страна на планете. Но эта планка не очень высока, а бдительность имеет свои пределы. В 2011 году администрация Обамы стремилась собрать больше информации о банковских счетах иностранцев и поделиться ею с соответствующими странами. Но банки со своими лоббистами и купленными СМИ яростно противодействовали этому. Сотрудник Heritage Foundation осудил предлагаемые стандарты как "финансовый империализм", а президент Ассоциации банкиров Флориды сказала: "в то время, когда мы пытаемся создать рабочие места и снизить нагрузку на бизнес, это неправильный вопрос". Ассоциации банкиров Техаса, Калифорнии и Нью-Йорка последовали их примеру.

Эта схема повторилась, когда Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) последовала примеру FATCA: каждый год банки должны были бы отчитываться об иностранных счетах перед налоговыми органами в стране происхождения владельцев счетов. Если бы каждая страна подписалась под стандартами ОЭСР, эффект был бы как от удара молотком по налоговым убежищам, не позволяя клептократическим деньгам свободно перемещаться между странами. В конце концов, США стали единственными, кто отказался присоединиться к соглашению ОЭСР.

Это должно было подорвать все, что США сделали для борьбы с грязными деньгами: в то время как США могут запрашивать финансовую информацию об американских гражданах у банков практически любой страны, сами они не обязаны предоставлять ее другим странам. "Соединенные Штаты издевались над остальным миром, чтобы уничтожить финансовую тайну, но не применяли те же стандарты к себе." - пишет Буллоу.

У США мало желания оказывать помощь иностранным правительствам в возвращении денег, отмытых в пределах американских границ. Фактически, США превратились в самую большую налоговую гавань в мире.

[ Далее идут длинные сказки дядюшки Римуса о том, как США доблестно сопротивлялись коррупции почти 200 лет с момента основания, какие высокие моральные принципы были в этой стране (в отличие от французской и британской моделей), какое неприятие клептократии все это время существовало в США, хрень про Манафорта и Украину, про выборы в США и т.п. Это я вырезал. - мое прим. ]

Определяющим документом нашей эпохи является решение Верховного суда от 2010 года, которое не просто легализовало анонимные расходы на политические кампании. Оно изменила само наше представление о том, что представляет собой коррупция, ограничив его наиболее вопиющими ее формами: взяткой и явным обменом услугами.

Американский сговор с клептократией обходится ужасной ценой для остального мира. Все украденные деньги, все эти уклоняющиеся от налогов доллары, могли бы финансировать здравоохранение и инфраструктуру. По одной из оценок, 3,6 миллиона смертей в год можно объяснить такого рода откачкой ресурсов.

Воровство попирает возможности рынков и надежность демократии, оно позволяет расти подозрениям, что вся идея либерального капитализма является лицемерным притворством: в то время как мир разграблен, самодовольные американцы богатеют от соучастия в воровстве.

Отцы-основатели были обеспокоены, что продажность станет обычным делом, и это произошло. Крупные слои американской элиты - юристы, лоббисты, брокеры по недвижимости, политики - уже зарекомендовали себя надежными слугами хищной глобальной плутократии. Ричард Палмер был прав: грабящие элиты бывшего Советского Союза были далеки от простых хапуг, а их клептократические принципы скоро распространятся повсеместно.

P.S. Исходная статья намного больше, поэтому пришлось еще и подсократить. Но ничего существенного не удалено.

Сказочка забавная, но кое-что из рассказанного стоит и запомнить.

Источник