Тихо! Русский говорит! — семь слов, вызвавших кризис

17 декабря 2018 г. 13:01:16

Россия не из тех стран, кто стоит в первых рядах борьбы против изменений климата. На конференциях она обычно отмалчивается, рассуждает «Шпигель». Вот и на конференции в Катовице никто не ждал, что русские выскажутся, однако делегат из России взял слово. Неужели политические игры? При этом нельзя сказать, что Россия ничего не предпринимает, чтобы позаботиться об экологии.

Во время переговоров об изменении климата всегда трудно понять, что у представителей России на уме. На конференции ООН в Катовице представитель России произнес лишь семь слов… и вызвал тем самым серьезный кризис.

Тихо! Русский говорит… Мгновенно все участники конференции ООН по изменению климата в польском городе Катовице умолкли. Как правило, представители России во время переговоров по вопросам изменения климата молчат, а часто и вообще на них не присутствуют.

Один из немецких политиков, занимающихся вопросами климата, назвал молчаливых делегатов великой державы «непредсказуемыми», потому что никогда не ясно, как именно Россия поведет себя на переговорах.

Семь слов

Представители многих государств возражали Саудовской Аравии и требовали от нее четкого «приветствия» доклада ООН по изменению климата. И тут один из российских делегатов взял слово, как явствует из протоколов закрытого заседания, которыми располагает «Шпигель». Он произнес лишь семь слов, но они изменили ситуацию на конференции.

Но почему, гадают делегаты в Катовице, Россия нарушила свое легендарное молчание? Чтобы затормозить переговоры по изменению климата? Одни шептались между собой, что между русскими и Саудовской Аравией есть тайное соглашение. Другие думают, что такое соглашение у них есть с Трампом.

То, что Россия пошла на такой шаг, серьезно навредило переговорам вокруг изменения климата. В среду конференция в Катовице продолжала борьбу за признание доклада ООН по климату.

Всегда оставаться в игре

Россия, стоящая по выбросам СО2 на четвертом месте в мире, всегда участвовала в конференциях по защите климата, не делая ничего на практике. Она не получатель компенсационных выплат за ущерб, причиненный климатическими изменениями, как многие бедные страны мира, и не крупный плательщик. Вместе с тем Москва всегда пытается в переговорах по климату оставаться в игре — из стратегических соображений.

К первому соглашению по климату, Киотскому протоколу от 1997 года, Россия, в отличие от США, присоединилась, но при этом стране не пришлось брать на себя никаких обязательств.

Сокращение выбросов СО2 в России произошло само по себе: крах промышленности после конца коммунизма обеспечил львиную долю эффекта, остальное пришлось на огромные лесные массивы Сибири, которые России после долгих переговоров засчитали как поглотителя СО2.

В 2003 году президент Владимир Путин высказал сомнения относительно изменений климата на им же самим созванной «всемирной конференции по климату» в России.

Однако год спустя он присоединился к Киотскому соглашению, которое вообще смогло вступить в силу только потому, что Россия обеспечила необходимый кворум. Как считается, Путина убедило предложение европейцев содействовать вступлению России во Всемирную торговую организацию, к чему Россия в то время стремилась. Маневр сработал.

Прибыль от соглашения по климату

В Киотском соглашении Россия участвовала вместе с большинством западных стран, а США остались в стороне. Это дало стратегическое преимущество России, которое теперь благодаря заявленному Трампом выходу США из Парижского соглашения проявляется вновь.

Ведь до сих пор участие России в Парижском соглашении приносило России дивиденды: этот договор отдает предпочтение природному газу по сравнению с углем, чем успешно пользуются государственные газовые компании России.

На конференции по климату в Катовице Россия агитировала за «низкоуглеродное решение», то есть за российский газ — снижающее выброс углекислого газа топливо, которое будет способствовать улучшению климата.

В то же самое время Россия вывозит гигантские количества угля в Азию, но это не упоминается.

«Россия поддерживает соглашение по климату, но не желает сокращать добычу ископаемого топлива», — говорит российская журналистка Ангелина Давыдова, специализирующаяся на проблемах климата.

Дела идут

Как заявил глава российского министерства природных ресурсов Дмитрий Кобылкин в интервью агентству «РИА Новости», и впредь российские угольная, газовая и нефтяная промышленности будут развиваться стабильно.

Министр поддерживает использование «чистого угля» в России, то есть угольные электростанции, которые углекислый газ не выделяют, а загоняют насосами под землю — технология, находящаяся еще в стадии разработки.

Как видно, в России дела идут. Почему же тогда во время переговоров по климату в Катовице страна переметнулась на сторону США?

Возможно, Россия хочет вновь использовать переговоры по климату, чтобы получить преимущества в других сферах. Как предполагают наблюдатели, своими интригами в Катовице страна хочет добиться расположения США и подтолкнуть их к смягчению санкций, связанных с конфликтом на Украине.

Но один козырь у России еще есть: пусть она и одобрила всемирное соглашение по климату, но официально его еще не ратифицировала. Когда же Россия собирается ратифицировать соглашение, спросили в Катовице одного из российских делегатов. Ответом было молчание.

Аксель Бояновски

Источник