Будет ли новая война у границ России и кто тренирует азербайджанский спецназ

12 апреля 2019 г. 10:31:01

Военный корреспондент и писатель Семён Пегов описывает впечатления от визита в Нагорный Карабах на страницах личного блога.

Был неделю в Нагорном Карабахе, выяснил массу интересного. Недоумеваю теперь от того, насколько слабо представлена эта тема в сегодняшнем информационном пространстве.

После прошлогодней бархатной революции в Ереване и прихода к власти Пашиняна непризнанное государств Арцах (так его называют местные) фактически стало нашим единственным и настоящим союзником на южно-кавказских рубежах.

Объясню подробнее.

Чтобы понимать масштабы соотношения нашего влияния на некогда абсолютно пророссийскую Армению и того, в каком объеме теперь там работают наши традиционные геополитические оппоненты американцы, достаточно привести две цифры. Официальный штат сотрудников посольства США в Ереване составляет порядка полутора тысяч человек. Это по открытым данным. В российском сейчас работают немногим больше пятидесяти. Чувствуете разницу?

Понятно, что произошло это не за один день и виною тому многолетняя цепочка дипломатических просчетов, но факт остается фактом. При этом прямо под боком у Еревана находится тлеющая и периодически вспыхивающая горячая точка в виде Нагорного Карабаха. Не такие уж давние события начала апреля 2016-го, когда Азербайджан атаковал позиции карабахской армии, ясно дают понять, что этот вооруженный конфликт далеко не исчерпан.

С 1994-го года — до прихода к власти Пашиняна и компании — история Нагорного Карабаха, отвоевашего у Азербайджана огромные по меркам локальных войн территории, лежала в основе армянского государственного самосознания. Теперь же народ Карабаха, в боевом плане очень тесно связанный с Ереваном и в том, что касается армии, координирующий действия именно с ним, фактически остался без компетентного главнокомандующего.

Пашинян, будучи либералом-гуманитарием, к войне не имеет ровным счетом никакого отношения и откровенно не разбирается в ней и, даже если очень сильно постарается, военным лидером для опытных бойцов, прошедших огонь и воду в 90-е, не станет.

Говоря проще, перед давними врагами в политическом смысле армянские фронты оголены как никогда.

От статуса критической ситуацию спасает разве что — то обстоятельство, что действующий президент Нагорного Карабаха Бако Саакян является боевым генералом и профессиональным разведчиком. Несмотря на смену политического курса официального Еревана, он не перестает заниматься укреплением суверенитета и безопасности Арцаха, активно модернизируя и обучая местную армию.

При этом необходимо четко понимать, что на месте не стоит и противник. Азербайджанцы активно взаимодействуют по военной линии с Турцией и Пакистаном. Как ни странно, в последнее время с Пакистаном особенно. На бакинские нефтедоллары у Исламабада масштабно закупается современное вооружение, также Азербайджан отправляет туда специалистов на обучение. Что касается Турции — ее влияние на политику Баку традиционно и по-прежнему серьезно.

Таким образом Армения в целом и Нагорный Карабах в частности — находятся под ударом сразу нескольких влиятельных геополитических игроков. Турция наращивает давление через Азербайджан извне. США через сеть НКО и своих людей во власти в Ереване делают то же самое изнутри.

Роль же России после известных событий, к сожалению, постепенно сходит на нет. Да, у нас есть там военная база в Гюмри и все-такое прочее. Но это, что называется, не более чем топорный факт, в современных реалиях не играющий такой огромной роли, как, скажем, лет десять назад.

При этом «карабахская карта» в виде сохранившегося отношения к официальной Москве и русским вообще (за время поездок на передовую и продолжительных прогулок по Степанакерту мы это в полной мере ощутили на себе), пожалуй, действительно может стать для нашей внешней политики идеальным козырем. И даже сейчас не говорю о возможном признании — тема деликатная и отнюдь не спонтанная — я говорю о наращивании контактов в различных сферах.

В отличие от Еревана, после бархатной революции серьёзной своей частью ориентированного на Запад, Степанакерт по-прежнему смотрит с безусловной исторической надеждой именно на Россию. Люди, прошедшие через тяжелую войну в начале 90-х (многие не без основания считают вооруженный конфликт в Нагорном Карабахе, начавшийся, по сути, еще в 88-м году, краеугольным камнем в окончательном и бесповоротном распаде СССР), понимают, что в тех геополитических реалиях именно Москва — их главный союзник.

И пока там искренне верят в то, что знаменитая поговорка «русские на войне своих не бросают» по-прежнему актуальна, мы просто обязаны подать сигнал о том, что именно так оно и есть.

Источник