28 июня 2019 года — день в истории, когда Владимир Путин объявил о конце эпохи либерализма (точнее — неолиберализма). Того самого, который словами Фукуямы почти 30 лет назад объявил конец истории вообще (то есть человечества). Человечество оказалось против, и первым, кто это громко озвучил, стал лидер России.

"Есть современная так называемая либеральная идея, она изжила себя окончательно. Её элементы просто нереалистичны: мультикультурализм и так далее... Либеральная идея предполагает, что ничего делать не надо: мигранты могут безнаказанно убивать, грабить и насиловать, потому что их права как мигрантов должны быть защищены. А что это за права? За каждым преступлением должно следовать наказание... Сама эта идея себя изжила, и она вступила в противоречие с интересами подавляющего большинства населения... Мы что, забыли, что все живём в мире, который основан на библейских ценностях?.. Традиционные ценности стабильнее, важнее для миллионов людей, чем эта либеральная идея, которая прекращает своё существование, действительно".

Владимир Путин сделал акцент на том, что либерализм позволяет меньшинствам (мигрантам, педерастам, нацикам и пр.) диктовать волю традиционалистскому большинству. И это действительно важный и чрезвычайно унизительный аспект либерализма.

Однако он есть только инструмент — меньшинствам дают угнетать большинство, чтобы разрушить те ценности, которые мешают свободе капитала. Точнее, беспределу крупного капитала (ТНК), который использует идею полной свободы, раскрепощения, чтобы расчистить для себя пространство — убрать государство, церковь, семью, народное единство, превратить население в бессвязные атомы, в толпу потребителей, чтобы ими пользоваться.

Собственно, весь неолиберализм — это торжество маммоны, золотого тельца, подчиняющего всю сущность человека исключительно личной материальной выгоде. Отсюда и культ потребительства — бери от жизни всё и не парься. Причина проста — потребителей намного легче использовать в глобальном молохе обогащения, расчеловечивание людей необходимо для «конца истории».

Сама экономическая модель глобализма уже есть производная от этой сути, инструменты для продвижения маммоны. Как и диктат меньшинств, который отметил Владимир Путин. Настоящий конец эпохи неолиберализма наступит тогда, когда будут отброшены её установки ложной «свободы» и потребительства, когда целые народы и государства сформулируют альтернативу и начнут жить не по принципу «деньги превыше всего».

Пока что этого нет. Зато в мире назрело недовольство существующим диктатом неолиберализма и запрос на альтернативную модель мироустройства. О чём и объявил российский лидер, который много сделал для противостояния мировому либеральному беспределу, но пока не смог предложить в России альтернативу. Даст Бог, всё впереди.

Эдуард Биров