Расчеловечивание решено начать с нас

10 декабря 2017 г. 20:42:06

И с точки зрения метафизической, и с точки зрения геополитической, национальных интересов и всего прочего, вопрос о месте коммунизма в мировой истории - это вопрос русской судьбы. Альтернатива - такое устройство мира, при котором русских нет.

Мне показались очень интересными первые 43 минуты выступления.

Для тех, кому не нравится слушать, незначительно сокращённый текст - под видео.

Традиционно, для тех, у кого мало времени, жирным выделено главное.

ВНИМАНИЕ !!!

Обсуждаем не Кургиняна, не его взгляды вообще, не его прошлое и не его фамилию, а конкретный текст.

Можете считать, что это текст написал я и обращаться лично ко мне.

https://www.youtube.com/watch?...

__________________________________________

Есть один безумно непростой вопрос, по отношению к которому не хотелось бы никаких таких армейских преувеличений, он слишком серьёзен для того, чтобы по отношению к этому вопросу изъясняться высокопарно или давать категорические оценки. И тем не менее, не обсуждать этот вопрос уже невозможно, потому что, в частности, этот вопрос уже начали обсуждать каналы центрального телевидения.

На последнем поединке, в котором я участвовал, нашёлся товарищ, который там рассуждал с позиции такой стратегической русофобии, всё объясняя, что он имеет ввиду не русофобию «А», а русофобию «Б», и потом подробно рассказывая, что именно он имеет ввиду.

Вопрос не в самом товарище, а вопрос в том, что русофобия идёт уже по центральным каналам.

Это означает, что некоторые мои самые мрачные предположения - они сбываются. А эти мрачные предположения возникли у меня совсем всерьёз после того, как я увидел, как вначале 90-х годов начали разворачиваются события в Прибалтике.

Я не скажу, что у меня когда-нибудь были какие-то иллюзии по поводу мировых правозащитных организаций и всего прочего, но я точно знаю, что какие-то принципы западное сообщество, если хочет, умеет соблюдать. Оно их начинает отметать, эти принципы, только в специальных случаях, когда уже на войне как на войне.

Когда возникли эти «неграждане» в Прибалтике, я пытался добиться ответа на вопрос, что это означает. «Неграждане» - это что? Это апартеид, это сегрегация, это нарушение прав человека, нарушение всех фундаментальных норм, 2 статьи Декларации Прав человека ООН, международного законодательства и так далее. А как это так может быть?

Например, они всё время апеллируют к хельсинским соглашениям. Но хельсинские соглашения - это соглашение о нерушимости границ. А как же распад СССР? Ведь в сущности, Андропов и пошёл тогда на определённые смягчения в том, что касалось диссидентов и так далее, потому что мы хотели зафиксировать полностью границы Советского Союза. Но в Советском Союзе существовал и был принят демократическим путём закон о выходе из состава СССР, если бы по этому закону республики начали выходить, то они должны выходить с едиными правами всем группам населения, с сохранением союзной собственности и так далее. Никакая ГКЧП сама по себе не отменяло существование Советского Союза и всех международных соглашений, которые лежали в основе. Всё это носило характер поспешности и мошенничества.

Но всё это ничто по сравнению с сегрегацией в Прибалтике. Европейская страна – и откуда-то берутся, что за бред, какие-то граждане двух сортов, что это означает само по себе? И у меня возникла тогда смелая для 90-х годов мысль.

Это всё означает то, что никто никакую Россию терпеть не собирается в принципе.

И тут возникает два возможных сценария.

Сценарий первый. Что в мире хотят, чтобы русские, отброшенные со своих рубежей, как средняя держава типа Вьетнама, на оставшейся территории как-то тут жили и ковырялись в своих необъятных просторах, месторождениях, всём прочем.

Если принять такой сценарий, то после всего случившегося в 1993 году, уже когда всё было ясно – народ не отверг Ельцина на референдуме, фактически был поддержан этот ельцинизм. И было понятно, что он поддержан не потому, что хочется прав или свобод, а вот есть некоторые иллюзии по поводу капитализма. После таких действий, которые я называю продажей первородства за чечевичную похлёбку, а кто хочет более простых формировок - сдача народом всех социалистических завоеваний, после таких действий никаких светлых перспектив быть не может. Могут быть очень мрачные и просто мрачные. Если это просто мрачные процедуры, то есть народу дали возможность на оставшейся территории как-то влачить своё существование, что то с чем то сообразовывать, то в конце концов, нельзя сказать, что он сильно сам противился тому, чтобы было так. Разумеется, мы будем защищать свои ценности, а наши противники свои. В общем, тут есть какой-то диапазон возможностей. Будет длиться такая вот жизнь.

Но если, действительно, вот та самая сегрегация и апартеид, которые уже в 90-е годы в Прибалтике возымели место вопреки всему, знаменует собой не просто какое-то малое ущемление русских на конкретной территории, а некий заложенный по отношению к русским принцип существования, тогда ситуация гораздо более мрачная.

И мне представляется, что мрачность ситуации вытекает не совсем из того, о чём непрерывно вот говорили на протяжении этих последних двадцати лет наши патриотические силы. Это не значит, что того, о чём они говорят нет. Да, конечно, хищные пасти раскрыты с тем, чтобы поглотить наши ресурсы или территорию. Да, конечно, всем мешают наличие у нас ядерного оружия и так далее. Но всё-таки это не окончательный, не базовый параметр ситуации, по отношению к тем людям, которые уйдя с поверхности политического мирового процесса, стоят за его спиной и фактически что-то там разруливают происходящим.

Самое главное, что нужно этим людям - это снова ввести в оборот слово «недочеловек». Вот это слово стоит не сотни миллиардов долларов, а триллионы, по отношению к дальнейшим планам.

Потому что очень долго, все последние годы после Второй Мировой Войны и денацификации, всякое предположение о том, что есть люди разных сортов, недолюди, по расам, по чему-нибудь ещё, оно настолько была запрещено, что снова его вернуть к жизни, легализовать это слово - безумно трудно. Это надо сделать как-то и на ком-то. Надо снова ввести в оборот, что вот это нормально, говорить о недочеловеках, о тупиковой ветви истории, о тупиковой ветви цивилизации, о чём-нибудь ещё, ведь это всё одно и то же. Когда говорится прямо по центральному каналу, что вы принадлежите к тупиковой цивилизации - это значит, что вы принадлежите к недочеловеком. Тупиковая ветвь развития - это же ясно о чём идёт речь. Я имею ввиду этого Сытина.

Но это не вопрос, что вот просто так надо вот любой ценой русских загрызть. Это тоже надо, но не это главное. Надо на ком-то начать этот термин о недочеловеках прорабатывать.

Совершенно неважно на ком. Потому что, когда его введут в оборот как легальный и он начнёт расширяться, то он будет применён к большей части населения, тут лиха беда начала. Но с кого-то надо начать. И всё, что я знаю о международной жизни как-то, всё, что вытекает из моих общений, говорит о том, что до сих пор очень сильно колебались, с кого запускать машину: с ислама или с русских. Израилю, конечно, было бы симпатичнее запускать машину с ислама и многое есть желающих запускать с ислама, а тогда русских можно оставить на потом и даже взять их в кампанию по борьбе с этим злом, пусть наедятся этих удовольствий.

И вот наши, со своей стороны, когда они там взяли и этот ИГИЛ* начали бомбить в Сирии, как бы сказали, вот смотрите, мы же все враги радикального исламизма, давайте все вместе вокруг этого радикального исламизма, давайте на него запустим эту машину. И вот складывается такое впечатление, что долгий и мучительный разбор того, с кого запускать машину недочеловека, которая важна сама по себе, подчёркиваю. Она существует не для того, чтобы просто один народ уничтожить, а для того чтобы переформатировать человечество.

Мы находимся в транзитном периоде между одним состоянием человечества и другим. Вот эта машина с кого-то должна начаться, и вот наконец, не то чтобы уже принято решение, но очень серьёзный возник соблазн, что всё-таки пусть это будут русские.

Ислама много, там какие-то нефтяные шейхи, они сидят в британии глубокими корнями, все эти саудиты и всё прочее, с ними трудно разбираться, их в конце концов миллиард людей, они все очень рассеяны по территориям разным там, замучаешься пыль глотать. А русские они всё-таки как-то компактного тут существуют, торчат как кость в горле, да ещё начали выпендриваться и всё прочее. Так вот давайте начнём с них.

Если это так, то есть, если ли на самом деле принята - не гипотеза существования русских на обочине истории в виде такого северо-евразийского Вьетнама, а принята вот это вот гипотеза о том, что нужно всё-таки с нас начать запускать машину недочеловеков, тогда русофобия - понятно, почему они начали с неё говорить. Это фактически признание в разных вариантах интерпретации, что русские представляют собой ну вот такой недонарод, тупиковую ветвь цивилизации, какое-то такое культурное недоразумение.

Но это же не слова которые вот говорятся и всё, это что-то, что после этих слов должно произойти. Тогда это расчленение, какое-то гетто, в этих гетто они должны быть под какой-нибудь опекой и всё прочее. И вот то, что это начало появляться уже и в респектабельной западной прессе и вот так вот, через неё, на каналах телевидения, означает, что запах стратегической русофобии уже бьёт в ноздри. Что чуть-чуть задёргались те, кто считал что это не так. Что не скажи о Путине, но нельзя сказать, что он хочет, чтобы тут были, на этой территории, одни какие-то гетто расчленённые, да и ничего он с этого сам лично не получит, потому что первой жертвой, новым Каддафи должен стать он. И вот уже президент говорит о том что русофобия нехорошо, а дальше об этом начинают говорить каналы и всё прочее. Но не это же главное.

Главное заключается в том, что возник определённый тип капитализма, не тот капитализм, к которому привыкли, с государством, конкуренцией, всем прочим, возник глобальный капитализм нового формата, постмодернистский по своим ценностям, псевдо капитализм. Глобального государства, может быть, ещё и нет но все его предпосылки уже налицо.

Этому глобальному постмодернистскому псевдо капитализму, ему обязательно нужно стать гностическим по своей сути, то есть заявить твёрдо о неравенстве самого вида человеческого, о подразделении вида человеческого на подлинных людей - пневматиков, полулюдей - психиков, и недолюдей - хиликов.

По какому критерию они будут вести это разделение, это отдельный вопрос, но это очень нужно. Это всё медленный процесс, десятилетия. За этим должна идти ликвидация этих недостаточных людей или, точнее, оптимизация их количества. Если, действительно, роботизация и всё прочее пойдёт в том темпе, в каком она идёт в мире и этот темп будет лавинообразно нарастать, то кому нужны все эти люди, зачем они. С точки зрения коммунизма, который они отбросили на обочину исторического процесса не без нашей помощи, всё было понятно: всё в человеке, всё для человека, в каждом из этих людей есть моцарт и мы будем развивать и пробуждать их творческие способности, новый человек и всё прочее.

Но в капитализме этой концепции нет. В «Три мушкетёры, двадцать лет спустя» Атос, по-моему, говорит что у нас во Франции есть министр, имелся в виду Мазарини, который управляет нашей Францией, как большой фермой, из которой он хочет выжать побольше дохода.

Для капитализма всё человечество есть большая ферма, с которой надо выжать доход и которая должна быть оптимизирована.

Значит, соответственно, эти колоссальные избытки плохих куриц, кудахтающих по всей планете, они совершенно не нужны. И есть два этапа: сначала этих куриц надо сделать совсем плохими, а потом от них избавиться, если они лишние, показав при этом насколько они плохие. И возможно, это такая аралмистская страшилка и тогда нехорошо её использовать по отношению к ситуации, а возможно, как ни странно, в этом действительное содержание текущего мирового процесса. Потому что то, как беснуются мировые СМИ по поводу русских, те все слова которые сейчас вводятся в оборот и так далее, это дорогого стоит. Это не вопрос «Трамп, не Трамп», это не демократы и консерваторы, это те силы, которые ушли с первого эшелона управления, отступили сами назад, но они же не перестали существовать.

Где-то пять лет назад ко мне приехали представители западноевропейского сообщества и сказали, вот вы есть один из тех людей, с которыми мы хотим обсуждать пост- катастрофический диалог Европы и России. Я говорю, а зачем нам обсуждать пост- катастрофический диалог, давайте мы пообсуждаем как избавиться от катастрофы, как преодолеть катастрофу, как её не допустить. Они говорят, эээ, нет милый. Ни один умный человек это уже не обсуждает. На поверхности остались идиоты, они вообще ничего не понимают. Надо обсуждать только пост катастрофическое развитие, катастрофа неминуема и нужна. Я свернул этот разговор и ушёл от этого обсуждения.

У меня всё время в загашнике есть ещё какие-то свои мелкие индексы, по которым я улавливаю, что на самом деле настоящее содержание глобального процесса состоит совсем не в том, что обсуждается, а в чём-то совершенно другом. И что реальные машины и механизмы включены в эту большую-большую работу, что мир в транзитном состоянии, фундаментально транзитом, что надо выделить элиту, избавляться от всего остального, обсуждается как этот весь процесс пойдёт. И главное - на ком заточка произойдёт. На исламе или на русских, больше кандидатов нет. И всё движется к такой развилке, когда выбираются русские. Но тогда очень многие комфортные методы существования сегодняшнего мира и сегодняшней России - они бесперспективны. По большому счёту, бесперспективно говорить людям, что мы хотим, чтобы было, так как сейчас, потому что, так как сейчас, всё равно не будет.

Бесперспективно обсуждать улучшение материального благосостояния имеющихся граждан, имеющегося государства, потому что не планируется не только имеющееся государство и увеличение благосостояния, но не планируется имеющиеся граждане.

Тогда надо достаточно глубоко пересмотреть приоритеты, но перед тем как их пересмотреть, нужно же посмотреть этому в глаза и понять что это не страшилка, а реальность. Что вот так оно и есть на самом деле, потому что пугать-то этим так привычно, знаете как мальчик всё кричал волки-волки, а когда волки пришли уже никто ему не побежал на помощь.

О чём идёт речь.

Вот кто допустил на Украине этого Бандеру в виде идеологии? Им же ничего не стоило не вешать портреты, им ничего не стоило не говорить что у них Бандера великий герой.

Зачем им нужно было это сделать? Они могли делать всё то же самое, а портреты повесить, например, Тараса Шевченко, им же плевать какие портреты висят. Тогда на все крики, что у вас там есть какие-то радикалы, они бы ответили, у вас они тоже есть, они везде в мире есть. Бегают какие-то банды и орут, что всех негров надо убить, бегают банды, говорят, что евреев надо убить. Везде есть какие-то радикалы и экстремисты и у нас они есть на Украине и у вас, чего вы в глаза ими тычете. Но они же повесили портреты Бандеры в главных официальных зданиях. А Бандера же, это по отношению к русским, что Гитлер по отношению к евреям. Это окончательный непримиримый враг, который говорил о том, что пока существует москаль, украинец не свободен и не будет свободен, что освободиться украинец может только способом ликвидации москаля, что любая Россия - это крах украинизации, что колоссальное количество омоскаленных за счёт предыдущих столетий должны быть ликвидированы. Ведь там же нельзя ничего выкинуть из того что он говорил. Зачем его портреты вешать в официальных изданиях. Всё-таки, он явный пособник Гитлера. Значит, Бандера был очень нужен. Я подчёркиваю, он отчасти очень неудобен, а они полностью зависимы от тех сил, в том числе, которым этот Бандера неудобен, но они его вешают. Значит, он нужен.

На территории Украины разворачивается русофобия по отношению к которой прибалтийская русофобия - ноль.

А дальше начинается эта компания в глобальных средствах массовой информации, во всём прочем, и возникает какое-то ощущение, что возможно действительно, острие большого нового пост модернистского глобализма псевдо капиталистического, оно направлено сюда.

Но если это так, то подавляющая часть населения абсолютно к этому не готово. Это не тот образ жизни, который можно себе позволить. Это совсем полный неадекват, всё что происходит, все политические эти обсуждения, все эти повестки дня.

Они все не про то, что есть на самом деле. И вот, ещё раз повторю, перед тем как двинуться дальше, в этом вопросе самое главное не перебрать. Полностью избежать каких-то страшилок, трезво посмотреть на вещи и пытаться к этой информации отнестись без экзальтации и избыточного количества восклицательных знаков.

Потому что, если на самом деле всё дело обстоит вот так, и мы имеем дело с глобальной русофобией не по шафаревичу и ни по кому то ещё, а вот на этот манер, что коса должна себя на этой травки попробовать, хорошо ли она косит, то тогда даже ответы на эти вызовы, они выглядит совершенно иначе.

И с этой точки зрения, первое, к чему надо пересмотреть отношение, это надо пересмотреть отношение к коммунизму.

Потому что исходный пункт этой философии косы, которая хочет начать проверять, насколько она хороша на человечестве, с русских, - является всё-таки само устройство этого общества. Сегодня в обществе нет воли к радикальному изменению человека. Человек не важен. В основе всего этого, конечно, лежит протестантское представление о неисправимой греховности человека - он повреждён первородным грехом, он не исправим. Избранничество есть непостижимое дело бога, познаётся с помощью успеха, деньги, и всё, и дальше ничего не надо делать. Дальше нужно сделать так, чтобы человеческое зло была использована во благо. А как сделать так, чтобы человеческое зло использовать во благо - поставить правильные рамки закона, всё прочее и заставить всю эту человеческую мерзость, как в эволюции - грызня зверей, чтобы она вся действовала на какое-нибудь там развитие, вот так вот мы организуем общество. Это и есть наш капитализм. И вот в пределах него пусть звери грызутся, а всё нарастает. Иначе говоря, нужно построить общество так, чтобы одновременно технологии росли, а человек никуда не рос. Это всё хорошо. Но, во-первых, никто же не просит чтобы он падал. В классических протестантских и прочих доктринах нет падения, никто там не говорит «да здравствует грех», а во-вторых,

Растёт технический уровень, но остаётся разрыв с человеческим антропологическим уровнем. Но рано или поздно этот разрыв достигнет катастрофического характера. Тогда будь добр, ты либо сверни технологическое развитие, либо подними человеческое развитие.

Никто не рассказывает и даже не рисует в фантастических снах, что такое свернуть технологическое развитие. Никакой римский клуб об этом не говорит. А что такое поднять антропологическое развитие и соответственно сократить этот разрыв, об этом говорили только коммунисты. Ну хорошо, они об этом плохо говорили. Ну так скажи нам что-то более умное, скажи нам что-нибудь о том как этого человека подымать. Так ты же не говоришь. А в принципе ничто больше не важно.

Вот сейчас заговорили о том, какие у них будут программы там компьютерные, где у них хай-теки, где русский хай-тёк опять. Не спорю, это важно. Но вы мне скажите, где русский проект «человек». А ведь в сущности русское православие и отрицало эту поврежденность, не позволяющую делать ничего с человеком. И высшей православный идеал именовался вовсе не спасением души для царствия небесного, он именовался «обложеньем», а это не одно и то же. Значит, и предполагалось что это будет совершенно другой человек. И это русские хелиостические ожидания легли в основу этого другого человечества.

Почему-то коммунизм, в неком виде, оказался реализован именно в России. Советское общество действительно ни на что было не похоже, оно было другим. Мы же не можем это сказать о Северной Корее или о Китае или о Лаосе. Там настолько этот азиатский традиционализм сидел в крови, что когда это всё перемешалось с коммунизмом в рамках национально-освободительных движений, то родилась какая-то своя модификация такого национального устройства. В нём коммунистического было немного.

А советское общество действительно ни на что не похоже, оно фантастически отличается от других , ведь только в этом обществе Россия стала опережающе развиваться.

До этого, конечно, говорить что Россия была тюрьмой народов и не было развития - это смешно, но и говорить о том что Россия развивалась стремительно, если бы не большевики, что она бы достигла невероятных высот - тоже смешно. Разговор о том что Российская Империя в последнем периоде в целом развилась какими-то безумными темпами - это полная мистификация реальности. Россия не могла при царях никогда бросить вызов всему европейскому миру. Она всегда должна была выбирать, с кем она - с Англией и Францией против Германии, с Германией против Англии и Франции, всегда маневрировать внутри. Каждый раз, когда её вынуждали начать бороться со всем миром сразу, кончалось так, как в Крымскую войну. Мы же забываем, что мы тогда проиграли всё, согласились ликвидировать флот, пошли на глубочайшие уступки и что общество российское воспринимало всё это как полный позор, также как и японскую войну.

Что-то же сделали там такое большевики, что страна вышла на второе место в мире, что развитие из догоняющего перешло в опережающее.

Первые в космосе – это уже опережающее развитие, а это ПРИНЦИПИАЛЬНО другой тип развития. Ни одна страна не может просто взять и перейти с догоняющего развития, когда я тиражируют ваши достижения и бегу за вами, в опережающей тип развития, когда я вас перегоняю. Это совершенно две разные парадигмы.

Сменилась парадигма и вдруг оказалось, что перед миром стоит страна, которая готова ответить на вызов всего западного мира. Это геополитически. Но одновременно с этим началось что-то опережающее происходить и с человеком.

Может быть, оно была не доделано, но самое-то главное – было, находилось здесь. Поэтому, если сейчас перед человечеством стоит какой-нибудь глобальный вопрос, то это вопрос простой: уничтожать ли 80% в ходе оптимизации глобального пост модернистского капитализма. Или дать ответ на вопрос: зачем это человечество? А такой ответ на вопрос возникает только в рамках того, что человек не есть данность, что он может меняться. Коммунистическая революция - это революция, преисполненная хилиастических антропологических надежд. Если эти надежды кончаются, вместе с ними сейчас кончается всё. Поэтому вопрос заключается не в том, что там вот русские были хороши, но был коммунизм, а вопрос заключается в том, что вся капитализация русских в XXI веке - это коммунизм. У них другой капитализации нет.

Более того, именно коммунистический сценарий есть тот сценарий, в рамках которого русские вместе с другими могут существовать и двигаться дальше, а вне этого сценария они первыми должны лечь под каток этого глобального постмодернистского капитализма. Они должны быть первые им раздавлены, что в каком-то смысле, с точки зрения катка, правильно. Потому что больше всего возникали против него, перестали возникать - ну и ложитесь под него.

Все остальные вопросы, русофобия или ювенальная юстиция, они вторичны по отношению к этим вопросам, потому что глобальному постмодернистскому капитализму этот развивающийся человек в огромном количестве не нужен. А в каком-то смысле даже вреден. Власть удерживается путём разрушения части человечества. Кусками кидается в эту топку, а оставшиеся за счёт этого живут. Поэтому нет другого типа существования для мира в рамках глобальной модели, и русские должны быть первыми уничтожены. Спасая мир от этого уничтожения, мы, прежде всего, спасаем себя, а предъявить в качестве капитализации можем то, что мы на такую модель переходили и достигли успехов. Соответственно, для того чтобы уцелеть в условиях русофобии, русские должны признать свой коммунистический опыт некой вершиной достижения, имеющим мировое значение и особо актуальным для XXI века, а не XX, и пересмотреть его. Тогда у нас есть козырная карта для глобальной игры в XXI веке. Мировой игры и русской одновременно. А другой-то карты нет.

Поэтому и с точки зрения метафизической, и с точки зрения геополитической, национальных интересов и всего прочего, вопрос о месте коммунизма в мировой истории - это вопрос и русской судьбы. Русские не могут сдать этот коммунизм, оставшись живыми не только потому, что если он зло, то мы им замараны, но и потому, что если он зло, то альтернатива - такое устройство общества, при котором нас нет.

Источник